Музей Марка Шагала
Беларускi english deutsch francais русский

Олег Лейкинд, Дмитрий Северюхин. Электронная энциклопедия "Изобразительное искусство и архитектура российского зарубежья"



ЭЛЕКТРОННАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ «ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО

И АРХИТЕКТУРА РОССИЙСКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ».

ИСТОРИЯ, ИТОГИ И ПЕРСПЕКТИВЫ[1]

 

В течение 2012-2013 гг. в Санкт-Петербурге, Москве, Витебске, Париже и Торуни (Польша) прошли презентации интернет-энциклопедии «Изобразительное искусство и архитектура Российского зарубежья». Этот проект стартовал в 2010 г. по инициативе Фонда имени Д. С. Лихачева (С.-Петербург) - негосударственной благотворительной организации, которая за свою сравнительно недолгую историю (основана в 2001 г.) сумела проявить себя как организатор разнообразных культурных и научно-гуманитарных программ, в том числе общероссийского и международного масштаба.

Сама идея создания названной электронной энциклопедии должна рассматриваться в контексте многолетней коллективной работы по комплексному изучению культуры Российского зарубежья, понимаемого не в узко этническом, но в гораздо более широком значении. Речь идет об историческом и многонациональном Российском зарубежье, которое, как своеобразная культурная общность, сложилось после революции и Гражданской войны.

 

*  *  *

После 1917 г. по причинам политического, военного и экономического характера за пределами отчизны оказалось до двух тысяч российских художников. Поток новоприбывших слился с теми, кто по различным обстоятельствам покинул Россию еще в дореволюционное время, и с теми, кто оказался за пределами Советской России / СССР в связи с распадом Российской империи.

Мастера, принадлежавшие к различным школам, направлениям и жанрам, рассеялись по всему миру, пытаясь вновь обрести утраченный социальный статус, найти применение своему опыту и таланту, воплотить творческие замыслы. Далеко не всегда чужая почва становилась для них гостеприимным пристанищем, но, в отличие от СССР, почти везде они имели условия для свободного самовыражения. Немногим довелось на чужбине добиться широкой известности, лишь единицы могут быть причислены к мировому художественному Пантеону. В то же время эмиграция позволила российским художникам сберечь свой дар и саму жизнь, избежать той трагической участи, которую разделили многие оставшиеся в Советской России представители интеллектуального слоя.

В советское время по причинам политико-идеологического свойства тема художественной эмиграции находилась под запретом, была малодоступной для исследователей и вовсе закрытой для широкой общественности. Правда, в годы хрущевской «оттепели» и в последующие за этим годы некоторые художники-эмигранты (например, А. Н. Бенуа, Л. С. Бакст, М. В. Добужинский, К. А. Коровин, Ф. А. Малявин, Н. К. и С. Н. Рерихи, З. Е. Серебрякова, К. А. Сомов, Н. И. Фешин) вновь стали получать официальное признание. Благодаря настойчивости ряда советских искусствоведов и работников музеев тогда удалось провести их персональные выставки, издать каталоги, монографии и альбомы, вернуть их произведения из запасников в постоянные музейные экспозиции. Однако шаги в этом направлении долго еще были робкими; они неизбежно вступали в противоречие с негласной политической цензурой, вследствие чего процесс официальной «реабилитации» художников-эмигрантов затянулся на два десятилетия.

Под условную «реабилитацию» в СССР до конца 1980-х гг. попала лишь малая часть художников-эмигрантов. В основном это были фигуры первого ряда, без учета которых совершенно не мыслилась общая история русского искусства, в особенности история русской реалистической живописи, книжной графики и театрально-декорационного искусства. Художники же, чье творчество развивалось вне пределов реалистической концепции, не подлежали реабилитации, поскольку рассматривались как проводники «буржуазного» идеологического влияния. Сейчас трудно представить, что в СССР имена Василия Кандинского и Марка Шагала упоминались разве что в агитационных брошюрах по критике модернизма, при этом Кандинский, как правило, назывался немецким художником, а Шагал - французским (и это - не смотря на то, что персональные выставки Шагала были в 1973 и 1981 гг. прошли под эгидой Министерства культуры СССР в ГМИИ им. А.С. Пушкина и в Эрмитаже). Представители более молодого художественного поколения, покинувшие Россию в юном возрасте и не связанные с дореволюционным искусством (Андрей Ланской, Леопольд Сюрваж, Сергей Поляков, Павел Челищев и др.), были вообще исключены из контекста русской художественной истории, а имена их оставались неизвестными даже специалистам. Такая же судьба постигла и многочисленную группу художников еврейской национальности - выходцев из окраин Российской империи (часть из них, как известно, в 1920-1930-е гг. составила ядро Парижской школы, другие же существенным образом повлияли на развитие американского искусства ХХ столетия).

Примитивный идеологизированный подход охватил в те годы и справочные издания, казалось бы, призванные беспристрастно фиксировать реальную картину развития отечественного искусства. Характерный в этом отношении пример дает все еще незавершенный биобиблиографический словарь «Художники народов СССР», в котором среди тысяч третьестепенных имен не нашлось места для мастеров с мировым признанием, таких как А. П. Архипенко, В. Д. Баранов-Россине и Н. А. Габо, а биографии Б. И. Анисфельда, М. В. Веревкиной, Л. В. Зака и др. сведены до микроскопических размеров и обрываются годом эмиграции. Имена этих художников, подобно именам многих российских писателей, поэтов, философов и ученых, оказавшихся в эмиграции, фактически были вычеркнуты из истории отечественной культуры.

Идеологические барьеры в официальном отечественном искусствознании сохранялись вплоть до заката социалистической эпохи, а изучение литературного, философского и художественного наследия русской эмиграции в 1970-1980-е гг. по существу было вытеснено в сферу независимой культуры и Самиздата. Эта тема нашла благодатную почву в кругах ленинградской интеллигенции, где в то время особенно остро ощущалась потребность в целостном освоении отечественной культуры.

Работа по комплексному изучению указанной проблемы началась нами в самом начале 1980-х, в годы усиления идеологического давления со стороны агонизирующей коммунистической власти. Это не могло не наложить определенного отпечатка на наш труд, который тоже получил идеологическую окраску. Мы фактически занимались рискованной политической работой, пытаясь донести до культурного сообщества итоги наших научных разысканий, которые лежали за гранью официально «разрешенного». Мы тогда назвали нашу работу «Художники русской эмиграции». Термин «эмиграция» в русском языке по традиции имеет выраженное политическое звучание. Мы помним, что в СССР на протяжении десятилетий слово «эмигрант» или «белоэмигрант» были синонимами слов «отщепенец», «враг» и «предатель». Примечательно, что это распространялось как на действительных противников советской власти, например, на участников Белого движения, так и на лиц политически нейтральных и даже симпатизировавших советской власти. Работа над словарем была завершена в 1984 г. Этот труд первоначально нашел воплощение в виде массивного машинописного трехтомника, отпечатанного в семи экземплярах, один из которых был передан в Научную библиотеку Эрмитажа и (что приятно удивило нас тогда!) анонсирован в каталоге новых поступлений; остальные же экземпляры в соответствии с духом времени, распространялись нелегально. В типографском же виде книга «Художники русской эмиграции» увидела свет только спустя десять лет, в 1994 г.[2]

В 1999 и 2000 гг. словарь был переиздан в значительно дополненном и переработанном виде, причем существенную роль при подготовке нового издания сыграл наш новый соавтор, представитель русской эмиграции в Париже Кирилл Васильевич Махров (1923-2012).[3] К этому времени наши взгляды на изучаемую проблему претерпели существенные изменения. Прежние политико-идеологические установки и, в частности, сам термин «эмиграция», как он понимался нами ранее, постепенно отошли на второй план. На первый же план мы поставили задачу целостного исследования русской художественной жизни за рубежом, что подразумевало существенное расширение круга выявляемых и изучаемых биографий, включение в сферу изучения многих фактов и событий, не связанных непосредственно с понятием «эмиграция». В соответствии с этими соображениями, новое издание нашей книги получило название «Художники Русского зарубежья».

Теперь можно сказать, что проделанная тогда работа стала одним из первых шагов в деле систематического и комплексного изучения русского художественного зарубежья. Она ввела заявленную тему в научный оборот, привлекла к ней внимание специалистов, инициировала исследования по многим связанным с ней направлениям. Художественное наследие русской эмиграции впервые было обозначено как значимая составляющая отечественной культуры.

Со времени начала нашей работы прошло три десятилетия, которые включили и годы «Перестройки», сделавшие историю эмиграции не только разрешенной, но и модной темой, подхваченной журналистами. Раскрытие спецхранов, введение в научный оборот новых документов, литературных текстов, мемуарных свидетельств, свободный доступ к русской зарубежной периодике, возможность работать в зарубежных библиотеках и контактировать со специалистами из разных стран, наконец, развитие Интернета - все это создало благоприятные условия для глубоких научных исследований обширнейшего художественного наследия Российского зарубежья. За эти годы прошло немало тематических и персональных выставок; научная историческая и искусствоведческая литература обогатилась многими новыми изданиями, в том числе посвященными общим вопросам истории эмиграции, целым пластам и направлениям зарубежного российского искусства, обстоятельными монографиями и альбомами, посвященными творчеству отдельных его представителей, сборниками трудов научных конференций по истории эмиграции.

 На новом этапе, продолжая работу над избранной темой, мы рассматриваем уже не только «художников русской эмиграции» и «художников русского зарубежья», как это формулировалось прежде в названиях наших книг. Сегодня мы говорим об «изобразительном искусстве Российского зарубежья», поставив эту тему как интернациональную и имеющую общекультурное значение, выходящее за рамки понятия «русское» в узко этническом смысле. Перед нами стоит цель выявить и аккумулировать знания о художниках, которые, вне зависимости от национальности и места рождения, были, хотя бы частью своей творческой судьбы, связаны с русской культурной традицией и русской художественной школой.

На новом этапе работы мы со всей неизбежностью столкнулись с весьма трудной и деликатной проблемой национальной идентификацией художника. Однозначность в этом вопросе во многих случаях невозможна, и формальные критерии (место рождения, вероисповедание, этническая принадлежность, собственные заявления художника) здесь зачастую не работают. Вопрос определения национальной принадлежности того или иного художника иногда может вызвать негативную реакцию ложно-патриотического толка, с которой нам не раз приходилось сталкиваться в беседах со специалистами. Здесь в качестве некой «идеальной модели», наверное, можно опираться на личность Марка Шагала, который в равной мере принадлежит и русской, и белорусской, и еврейской, и французской культурам. У нас нет необходимости переписывать его биографию специально на русский или на белорусский лад; нет необходимости «изымать» эту фигуру из одного национально-культурного контекста ради искусственного перемещения в другой, лишать ту или иную национальную культуру «прав» на это имя. Тем более, что все четыре «национальные» составляющие гармонично сочетаются в творчестве этого художника.

Избранный нами подход взывает к преодолению узко национальных взглядов и историко-политических предпочтений. Только при этих условиях станет возможным оценить масштабы культурных потерь России, связанных с революцией, Гражданской войной и последующей коммунистической диктатурой. Только это позволит выработать целостный взгляд на историю российского искусства нового времени. Наконец, только в этом случае станет возможным объективное определение места российского искусства в развитии мировой культуры ХХ столетия.

 

*  *  *

Электронная энциклопедия «Изобразительное искусство и архитектура Российского зарубежья», открытая для свободного доступа, в настоящее время включает около 2000 статей, посвященных художникам и архитекторам, работавших за рубежом в послереволюционный период, а также статьи, посвященные групповым выставкам, художественным изданиям, художественно-образовательным заведениям, музеям и архивам Русского зарубежья, зарубежным русским храмам. Статьи дополняются библиографией, фотографиями, иллюстрациями, копиями архивных документов, полнотекстовыми публикациями, ссылками на другие (внешние) тематические ресурсы в Интернете. Энциклопедия имеет гибкую поисковую систему, состоящую из алфавитного, именного, тематического и географического указателей.

Новый сайт интегрирует материалы исследований многих ведущих специалистов по художественному наследию Русского зарубежья. Помимо уже упомянутого справочника «Художники Русского зарубежья», в составлении электронной энциклопедии использованы публикации А.А. Хисамутдинова (Владивосток) и Н.П. Крадина (Хабаровск), специализирующихся на изучении Русского зарубежья в Китае и других странах Дальнего Востока и Южной Азии; А.Б. Арсеньева (Нови Сад, Сербия), В.И. Косика и Светланы Маричевич (Москва) - биографов русских художников и архитекторов на Балканах; М.Г. Талалая (Милан) - знатока общественной и художественной жизни русских в Италии; Н.А. Авдюшевой-Лекомт (Брюссель) - исследователя русских художников-эмигрантов в Бельгии (в числе ее достижений - отыскание считавшейся утраченной живописи Зинаиды Серебряковой в особняке барона Ж.-А. Броуэра под Брюсселем); Ю. Янчарковой (Прага) - специалиста по истории русской и украинской культурной жизни в Чехословакии; Виты Сусак (Львов) - автора обстоятельной монографии о художниках украинского происхождения во Франции; Светланы Левошко (С.-Петербург) - историка Русского архитектурного зарубежья; В.В. Антонова и А.В. Кобака (С.-Петербург) - историков русского церковного зодчества; материалы словаря «Русские в Северной Америке» Е.А. Александрова (США); материалы фундаментальных изданий «Русское зарубежье: Хроника научной, культурной и общественной жизни. 1920-1975» и «Российское зарубежье во Франции. 1919-2000: Биографического словарь», подготовленные русско-французской группой исследователей под руководством Л.А. Мнухина (Москва). Это далеко не полный список источников для создания электронной энциклопедии.

Энциклопедия «Изобразительное искусство и архитектура» представляет культурное наследие Российского зарубежья во всем разнообразии. В ней можно почерпнуть сведения о жизни знаменитых мастеров, укрепивших славу нашей художественной школы и узнать о судьбах безвестных художников, вынужденных зарабатывать школьным учительством или ремеслом. Энциклопедические статьи освещают сложный мир взаимоотношений разных культур, показывают роль национальной принадлежности в творческом развитии художника, выявляют степень преодоления национальной замкнутости, а все вместе открывают неожиданные формы взаимопроникновения культур.

Сегодня общепризнано, что художественное наследие Российского зарубежья принадлежит и самой России, и странам, входившим в историческую Российскую империю, и всем странам диаспоры, а потому оно служит мостом для культурного сближения этих стран. Это убедительно продемонстрировали большие музейные выставки последних лет: «Русский Париж», «Русский Берлин», «Русская Прага», «Американские художники из Российской империи». Нельзя не отметить, что художественное наследие Русского зарубежья, ставшее частью культуры зарубежных стран, питает огромную диаспору русскоговорящих людей, дает серьезные культурные основания для равноправной жизни наших соотечественников, оказавшихся после распада СССР в странах ближнего и дальнего зарубежья. Без преувеличения можно сказать, что художественное наследие Русского зарубежья - общемировое достояние. Свидетельством тому является наблюдаемый за последнее десятилетие удивительный рост популярности, а, вместе с тем, и рыночной стоимости произведений, созданных российскими художниками-эмигрантами. Таким образом, помимо своего прямого - информационного - предназначения, электронная энциклопедия «Изобразительное искусство и архитектура Русского зарубежья» укрепляет позиции отечественного искусства на мировой художественной сцене.

Адрес сайта «Изобразительное искусство и архитектура Русского зарубежья: artrz.lfond.spb.ru

Олег Лейкинд, Дмитрий Северюхин,

Санкт-Петербург, Россия.



[1] Доклад прозвучал на XXIII Международных Шагаловских чтениях в Витебске 16 июня 2013 г.

[2] Северюхин Д. Я., Лейкинд О. Л. Художники русской эмиграции (1917-1941): Биографический словарь. Сер.: Справочники по русскому искусству. СПб.: Изд-во Чернышева, 1994. 590 с.

[3] Лейкинд О. Л., Махров К. В., Северюхин Д. Я. Художники Русского Зарубежья. 1917-1939: Биографический словарь. СПб.: Нота Бене, 1999 (переизд.: 2000). 720 с.

 

Бюллетень Музея Марка Шагала. Выпуск 13. 2013.

Витебск, 2013. С. 112-115.

 
На главную
Сайт обновлен в 2008г. за счёт средств гранта Европейского Союза





© 2003-2008 Marc Chagall Museum
based on design by Alena Demicheva