Музей Марка Шагала
Беларускi english deutsch francais русский

Тереза Шеметова. Жизнь и творчество Соломона Михоэлса



Тереза Шеметова

 

Жизнь и творчество
Соломона Михоэлса1

 

У каждого человека в жизни  есть своя звезда. Одним она просто освещает путь, указывая дорогу, другим ставит задачу, которую надо решить, третьим дарит талант. Даугавпилс может гордиться своими звездами, внесшими вклад в развитие культуры и ставшими известными не только в родном городе (Динабурге-Двинске), но и далеко за его пределами. Это и король танго Оскар Строк, и основоположник абстрактного экспрессионизма Марк Ротко, и Мирон Вовси - двоюродный брат Соломона Вовси, известный как главный терапевт Красной Армии, профессор, академик, Заслуженный деятель науки, действительный член Академии медицинских наук. Это и учитель Марка Шагала Иегуда Пэн, который, приехав 13-летним мальчиком к родственникам в Динабург, стал работать помощником маляра, а закончив Академию художеств и не найдя работы в Новоалександровске, вернулся в Динабург и работал у барона Корфа в имении Крейцбург. Через 5 лет он переехал в Витебск и организовал свою художественную школу. 

Одной из звезд был и Соломон Михоэлс, которого в СССР знали не только как гениального актера, но и выдающегося режиссера, общественного деятеля, художественного руководителя Государственного еврейского театра, одного из первых народных артистов СССР.

Еврейский театр был театром новаторским, ищущим, театром мысли и глубоких чувств.

Сразу же после войны, в 1945 году, Соломон Михоэлс поставил жизнеутверждающий спектакль «Фрейлехс», за который ему была присуждена Государственная премия СССР.

Основа спектакля - традиционный еврейский свадебный обряд. Казалось бы, что, потрясенный трагедией еврейского народа, потерявшего шесть миллионов человек, Михоэлс поставит совсем иной спектакль, но - нет. Он поставил спектакль, который рассказал об огромной силе духа еврейского народа, который выжил, благодаря своему вековечному оптимизму.

«Фрейлехс» - это не только свадьба... «Фрейлехс» - это спектакль с трагедийными мелодиями, но трагедия даже целого поколения не должна, не может остановить жизнь: извечная библейская мысль о любви к жизни пронизывает весь спектакль. Это спектакль о «неугасимой душе, неиссякаемой воле к счастью, о мечте человеческой и народной» (Ю. Головащенко).

Искусствовед Юрий Дмитриев вспоминал, что по окончании спектакля он зашел за кулисы, чтобы выразить свой восторг Соломону, на что Михоэлс сказал: «Что бы ни происходило, еврейский народ бессмертен, потому что верит в жизнь, в ее радости. И этим он близок русскому народу».

Родина Соломона (псевдоним Михоэлс - «сын Михаила» - он принял в память о своем отце Михеле Мейеровиче) - Двинск (Даугавпилс). Именно здесь 16 марта 1890 года в веселый еврейский праздник Пурим в многодетной патриархальной семье Вовси родились близнецы Хаим и Шлойме (Шлиома).

Родители и представить себе не могли, что в будущем один из близнецов станет актером. Но, наверное, у каждого своя судьба. Шлойме она наделила талантом актера. Отец, замечательный рассказчик и исполнитель народных песен, очень рано познакомил сына с многочисленными легендами, героическими историями и обычаями страны. В семье соблюдали строгие религиозные обряды; также Вовси любили петь народные песни, смотреть домашние спектакли.

Память Соломона сохранила очень много песен. Он очень любил песни, причем не просто любил, а сам пел с волнением и ощущением песни, не нуждающиеся в тексте, как будто в них тонет слово, которому он придавал большое значение. А еще Соломон любил управлять хором, исполнявшим за столом еврейские песни. Но больше всего он любил слушать - особенно народные песни разных народов. У него и среди украинских песен были любимые, им отобранные, и где бы ни была возможность упросить спеть «Карие очи» или «Солнце низенько», Михоэлс так упрашивал, что и Иван Козловский, и Валерия Барсова не могли устоять и дарили ему эти «подарки». А как восторженно он наслаждался старинными песнями и романсами в исполнении Сергея Образцова, Климова, Китаева!

Где бы ни выступал Леонид Утесов, Соломон молниеносно организовывал «поход», если во время гастролей был свободен, а на обратном пути напевал особенно запавшие в сердце мелодии.

Но все это будет потом.

А пока Шлиома втайне мечтал стать актером. В девять лет он написал пьесу «Грехи молодости» и сыграл там блудного сына. Зрители плакали. Но отец горячился: «Это не дело для еврея! Я понимаю: юрист или врач. Это полезно людям».

Начальное образование Шлойме получил в еврейской школе - хедере, а дальнейшее образование - в реальном училище г. Риги, куда семья переехала в 1905 году. Здесь на уроках литературы большое внимание уделялось произведениям мировой классики, что в значительной степени повлияло на решение юноши стать актером. На одном из уроков, выступая в роли короля Лира, Шлойме Вовси дал себе слово: «Если когда-нибудь стану актером, то непременно сыграю короля Лира». Он очень часто посещал театр Русской драмы, народные гулянья в Верманском парке, где для рижан устраивались разнообразные представления. Здесь же, в Риге, Михоэлс впервые увидел игру выдающейся еврейской актрисы Эстер-Рахель Каминской. Этой актрисе был по силам любой жанр. Она играла не только в пьесах еврейских, но и зарубежных, советских авторов. Ее игрой восторгались Станиславский, Москвин, Качалов. Возможно, впечатления от ее игры многое определили в жизни молодого Соломона Вовси.

Окончив Рижское училище, Вовси поступил в Киевский коммерческий институт.

Судьба словно испытывала юношу, предлагая на выбор различные варианты пути.

В 1915 году, казалось, все было решено окончательно: Вовси - студент юридического факультета Петроградского университета. Но опять вмешалась судьба. Возвращаясь из университета, он встретил приятеля, который сообщил, что открывается еврейская театральная студия. И Вовси, не раздумывая, ушел с последнего курса, отказавшись от адвокатской карьеры, чтобы стать студентом первой в мире еврейской театральной студии («Государственная еврейская школа сценического искусства») А. Грановского, открытой в 1918 году. Первый театральный наставник Шлойме, режиссер А. Грановский, был талантливым педагогом и учил будущих актеров находить пластический эквивалент словесному действию.

В 1919 году состоялся дебют Шлойме Вовси в премьере студийной постановки. С этого момента и до последнего своего часа Вовси будет служить искусству, взяв сценический псевдоним Михоэлс.

А пока был холодный Петроград 1919 года, мобилизовавший последние силы на борьбу с подступавшими войсками Юденича, и скромная студия А. Грановского, где делал первые ученические шаги 29-летний начинающий актер. В 1927 году критик М. Загорский писал, что неизвестно, как бы сложилась судьба труппы, «если бы этот театр не нашел такого блестящего артиста, каким показал себя Михоэлс».

Произошло это уже в Москве, где студия получила статус Государственного еврейского театра (ГОСЕТ), а имя Михоэлса засверкало в созвездии театральных талантов тех лет. И его игрой восторгались зрители.

ГОСЕТ был не единственным еврейским театром (еврейских театров было несколько), но театр Михоэлса был драматическим театром высшего класса, а сам Михоэлс - актером мирового уровня.

В еврейском театре ставили пьесы на идиш, языке восточноевропейских евреев.

В Государственный еврейский театр на Малую Бронную приходили не только для того, чтобы посмотреть на блестящую игру Михоэлса и Зускина, но и для того, чтобы хотя бы немного побыть среди своих, в том кругу, где не страшно было быть евреем. В этом был элемент ностальгии, проявление национального самосознания.

Когда театральное начальство упрекало Михоэлса, что он не ставит русскую классику, он удивлялся: «Зачем? На соседней улице (имелся в виду МХАТ) это делают лучше. И как я могу сыграть русскую классику, когда даже пальцы у меня еврейские!»

Михоэлс принадлежал к последнему поколению жителей еврейских городов, для которых первыми театральными впечатлениями были не зрительный зал, занавес, актеры на сцене, а причудливо разодетые, размалеванные на манер ряженых люди, которые ходили по домам в праздники и рассказывали библейские легенды...

И может быть, эта неповторимость Михоэлса, его умение многое выразить без слов - именно отсюда?

На своем творческом пути Соломон встретил замечательного режиссера С. Радлова, который в 1930 году дал свое согласие поставить спектакль «Глухой» по произведению Д. Бергельсона. Это было началом творческой дружбы двух деятелей искусств. В письме от 9 февраля 1930 года С. Радлов писал Михоэлсу: «Очень скучно без Вас, без Вашего театра, без «Глухого». Эти два месяца остались в моей памяти, как лучшие дни творческого пути и настроения, морального отдыха. Низко кланяюсь Вам... и Вашему театру...»

Интересно, что имя Сергея Радлова также связано с городом Даугавпилсом.

После Второй мировой войны Радлов был репрессирован. В 1953 году, после освобождения, ему было запрещено работать в Москве и Ленинграде и он приехал в Даугавпилс. Приход в Даугавпилсский Русский драматический театр большого режиссера, великолепного знатока Шекспира вызвал творческий подъем не только у актеров, но и у всех работников театра. В 1954 году С. Радлов поставил «Гамлета», который был признан одним из лучших спектаклей провинциальных театров.

В 1935 году Соломон Михоэлс сыграл роль короля Лира, и критика единодушно признала Лира Михоэлса одной из вершин в творчестве актера. Современники вспоминали: «Спектакль начинался шествием придворных под торжественные звуки церемониального марша. И вдруг музыка обрывалась. В полной тишине, сгорбившись, кутаясь в мантию, как в домашний халат, появлялся Лир. Ни на кого не глядя, он медленно брел к трону и стаскивал за ухо рассевшегося там Шута.

И поверх склоненных голов придворных возникало лицо Лира. Почти без грима, без традиционной бороды. Лицо, которое невозможно было забыть».

Михоэлсу было суждено создать величественный и страдальческий образ «еврейского» короля Лира. Здесь, пронзенный трагической болью, он достиг высшей достоверности. Эта актерская работа Михоэлса получила мировое признание, вызвала восторг и поклонение актеров многих стран и зрителей разных национальностей. Часто эти поклонники Михоэлса не знали ни слова по-еврейски...

В 1930-е годы Соломон Михоэлс сыграл Зайвла Овадиса в пьесе Переца Маркиша «Семья Овадиса» и роль Тевье в спектакле «Тевье-молочник» по Шолом-Алейхему. Обе эти роли, как и роль короля Лира, могут быть названы среди лучших творений театрального искусства 1930-х годов.

Михоэлс был известен и как актер кино, снявшийся в фильмах «Еврейское счастье», «Семья Оппенгейм», «Цирк».

Режиссерские работы Соломона Михоэлса привлекли внимание самобытностью и внутренней независимостью. О его лучших спектаклях «Колдунья», «200 000» и «Ночь на старом рынке» писали крупнейшие газеты Парижа и Нью-Йорка, а в 1946 году за спектакль «Фрейлехс», как говорилось выше, Соломону Михоэлсу была присуждена Государственная премия СССР. 

Михоэлс мечтал побывать в городе своего детства. Но это желание так и не осуществилось. В 1948 году он был убит по приказу Сталина в специально организованной органами госбезопасности автомобильной катастрофе. В газетах об автомобильной катастрофе в то время писали очень осторожно. О гибели Михоэлса написаны романы, почти детективные, но с появлением книги Александра Борщаговского «Обвиняется кровь» и выходом книги «Последний сталинский расстрел» многое прояснилось, но, к сожалению, далеко не все.

Последний раз Михоэлс сыграл «Короля Лира» 18 мая 1944 года. Его последний спектакль - «Тевье-молочник».  Он хотел сыграть Шейлока, Гамлета, Ричарда, Реубейни. Но этого не случилось - судьба распорядилась по-другому.

Накануне отъезда в Минск он обошел все гримерные и каждому актеру пожал руку. Незадолго до этого, словно прощаясь, Михоэлс сказал Зускину: «Скоро ты займешь мое место...»

Знаменитого земляка помнит его родной город, куда актер так стремился. На доме № 4, где прошли годы его детства и отрочества, в 1967 году была установлена мемориальная доска, а в 1990-м установлен барельеф и новая мемориальная доска на трех языках, а улица Яунатнес (Молодежная) была названа именем Михоэлса.

В фондах Даугавпилсского краеведческого и художественного музея хранятся материалы, переданные в дар нашему музею дочерью Михоэлса Натальей. Это и фото, где можно увидеть Михоэлса с великими людьми того времени: Эйнштейном, Шагалом. Это и фрагмент письма Михоэлса актеру Качалову. Это и предметы - театральный грим, авторучка. Это и издания - сборник стихов Кушнирова на еврейском языке с дарственной надписью Михоэлсу. Это и удостоверение о присвоении Михоэлсу Сталинской премии.

Музей поддерживает тесные связи с родными Мирона Вовси, которые ежегодно приезжают в Даугавпилс. Недавно его внук подарил музею книгу «Михоэлс» из серии «Жизнь замечательных людей».

Двинск - это именно тот город, где родился и сформировался как личность Михоэлс. Этому способствовала как домашняя атмосфера, так и общественная жизнь в городе, где в 1856 году был открыт первый в Витебской губернии частный драматический театр.

К 110-й годовщине со дня рождения нашего земляка была открыта стационарная выставка и подготовлено мероприятие совместно с Даугавпилсской еврейской общиной «Родной дом, шолом тебе, шолом твоей судьбе», а к 115-й годовщине мною, благодаря финансовой поддержке Государственного фонда капитала культуры, был выпущен проспект.

В 2003 году Соломон Михоэлс все-таки вернулся в родной город. И именно в 2003-м в Даугавпилсском театре состоялась премьера спектакля, который так и назывался - «Михоэлс».

Мы вкладываем в работу все: трепещущие руки, горящие глаза, темперамент, страсть, радость познания - через искусство. Эти трепещущие руки и сердце, горящие глаза, темперамент, страсть, радость познания Михоэлс нес не только в искусство, но и в жизнь.

Соломон Михоэлс был не только величайшим актером, но и невероятно обаятельным и добрым человеком, поэтому и людей он любил не меньше, чем искусство, театр и поэзию. Он не мог пройти мимо человека, если видел, что ему плохо. Старался отвлечь, утешить. Он удивительно умел это делать. Михоэлс любил людей разных: очень одаренных и очень «домашних», очень «неудобных» и очень уютных, чем-то примечательных и совсем незаметных. Ради последних он мог отдать все cвои силы и сердце в борьбе против несправедливости к ним, с таким же волнением, с каким он вбирал все, что могли ему сказать и показать люди большого таланта.

Михоэлс излучал свет, все его существо светилось теплом, участием, дружбой, лаской.

Легенды, воспоминания, мифы о Михоэлсе давно переплелись воедино, а, как известно, еврейские сказания и истории обречены на вечность.

 

1 Доклад прозвучал на XVIII Международных Шагаловских чтениях в Витебске 16 июня 2008 г.

 

Литература:

1. Гейзер М. Михоэлс. - М.: Молодая гвардия, 2004.

2. Михоэлс. Статьи. Беседы. Речи. Воспоминания о Михоэлсе. - М.: Искусство, 1965.

 

Бюллетень Музея Марка Шагала. Выпуск 16-17. Витебск: Витебская областная типография, 2009. С. 139-142.

 

 
На главную
Сайт обновлен в 2008г. за счёт средств гранта Европейского Союза





© 2003-2008 Marc Chagall Museum
based on design by Alena Demicheva