Музей Марка Шагала
Беларускi english deutsch francais русский

Ханна Стржемецка, хореограф



 

Магия Шагала на сцене и в жизни

 

7 июля 2002 года в Витебске состоялась премьера хореографического спектакля "Акробаты, цветы и луна между ними", посвященного Марку Шагалу. На суд зрителей свою последнюю работу привезли участники Люблинского театра танца и Группы современного танца Люблинского политехнического университета. Хореограф спектакля - Ханна Стржемецка. Музыка - Dave Douglas, Louis Scalvis, Anne Eisensee, Mathias Hudelmayer, Stephan Mohr. Сценография - Лешек Стржемецки. Звуковые эффекты - Марек Зажицки. Исполнители: Сильвия Тухановска, Люция Восик, Анна Жак, Ришард Калиновски, Войцех Капронь.

 

Самостоятельные творческие работы, инспирированные творчеством и личностью Шагала, витебскому зрителю приходится видеть все чаще и чаще: в 1998 году это был балет "Барабаны для вселенной, а скрипка для печали" Евгения Панфилова (г.Пермь, Россия), немного позже - драматический спектакль "Шагал, Шагал..." витебского театра им.Я.Коласа. Разнообразен и подход авторов к материалу - от простого цитирования биографии и работ художника до попыток проникнуть в его психологию и внутренний мир, желания раскрыть образы, придать им собственную интерпретацию.

Спектакль Ханны Стржемецкой относится к разряду последних. Впервые хореограф приехала в Витебск в 2000 году на Международный фестиваль современной хореографии в качестве члена жюри. Желание поставить спектакль, посвященный Шагалу, возникло у Ханны Стржемецкой и участников ее труппы осенью следующего года во время очередного приезда в город, который успел полюбиться. Семь последующих месяцев были наполнены раздумьями, поездками на гастроли и фестивали, а между ними - напряженной работой над новым спектаклем. Наконец - волнительная премьера в Витебске, полный зрительный зал и аплодисменты стоя. После спектакля - несколько вопросов хореографу.

 

Расскажите, как создавался спектакль?

 

Я должна была ответить себе на вопрос: с чего начинать? Как делать этот спектакль? Как всю душу Шагала, его психологию превратить в хореографию, чтобы не использовать те картины, которые он рисовал? Легко просто воспроизвести картину, поставить ее на сцене - всем все понятно. Нет! Нужно было сделать какую-то абстракцию, должно было произойти собственное осмысление Шагала. И тогда я стала читать книги о Шагале, биографию художника, смотреть его картины. Потом поняла его концепцию: он колорист, часто у него нет композиции, нет симметрии, иногда он работает только штрихом. Как это сделать на сцене? Важно было понять: почему Шагал так рисовал? Где у него была инспирация? Что для него было самое главное? Так я нашла несколько важных моментов. Для Шагала цирк был очень-очень важен. Почему? Потому что все время художник уезжал из Витебска, но его душа, его мысли возвращались в родной город. Цирк тоже приходит к нам и уходит. Но мы становимся другими. Сейчас я вижу уже не тот цирк, что раньше, в нем нет магии. Когда я ходила туда ребенком, была магия цирка, теперь ее для меня нет. У Шагала много моментов ностальгии. Витебск и все, что с ним связано, умерло для него, но в его душе - нет. Так у меня появился своеобразный ключ. Но если цирк, то что? Акробаты! У Шагала на картинах много акробатов. Акробаты, цветы, влюбленные. Ну и, конечно, Белла, его муза. Нужно было сделать так, чтобы как и для Шагала, Белла стала музой и для меня, чтобы она оживляла те картины, которые я хотела показать.

Были и другие проблемы. В Париже Шагал занимался кубизмом. Как сделать так, чтобы показать эту его технику? Как показать Шагала в Америке, когда у него из букета кто-то выходит - звери, люди? Некоторые сюжеты для спектакля я взяла из картин Шагала. Я смотрела, я читала, я думала: почему он нарисовал эту картину? Что было важным для него? И хотела сделать так же. Если мне что-то удалось, если люди, которые будут смотреть этот спектакль, найдут там Шагала, его душу, психологию, ностальгию, радость - я буду счастлива.

Работы Шагала очень музыкальны. Для любого спектакля музыка играет большую роль, для Вашего, видимо, тоже?

 

Да, музыка - это была вторая большая проблема. Сначала я хотела подобрать музыку тех композиторов, с произведениями которых работал Шагал: Дебюсси, Равеля, Мусоргского, Стравинского и других, для кого он делал сценографию и костюмы. Но скажу правду: не так просто было найти в Люблине те произведения, которые были мне нужны. Если Равель - то это "Болеро", если Мусоргский - то это "Картинки с выставки", других произведений не было. Тогда я быстро поменяла концепцию: может быть, взять современных композиторов? Но если современных, то каких? Джаз! Конечно, джаз, т.к. у Шагала мысли сумасшедшие, неспокойные, и то же в музыке. В джазе есть и ностальгия, и радость, есть все. Хореография спектакля уже была поставлена, и я стала искать музыку, которая была бы близка тому, что я думала о Шагале, что я хотела показать о Шагале. И я ее нашла. Важны были и инструменты. Какие должны быть инструменты? Труба, скрипка, гармошка. Когда показывается витебская свадьба, обязательно надо, чтобы была гармошка - я так чувствую, у меня такие чувства в душе и голове. Музыка к спектаклю мне нравится, я довольна.

 

Представлением в Витебске началась жизнь спектакля. Хочется надеяться, что она будет красивой и долгой. Тем более, что к этому есть основания: внучка Марка Шагала Мерет Мейер-Грабер, присутствовавшая на премьере, высказала пожелание пригласить Ханну Стржемецку с труппой выступить в Париже, где в следующем году планируется большая ретроспектива работ ее деда.

 

Евгений Геращенко, Людмила Хмельницкая.

Бюллетень Музея Марка Шагала. 2002. № 2 (8). С. 4.

 

 

Дух мастера Шагала

Спектакль "Акробаты, цветы и луна между ними" уже имеют длинную и богатую историю, но тем не менее спектакль Люблинского театра танца продолжает эволюционировать к лучшему. Спектакль хотя и был инспирирован художественным воображением Шагала, является произведением абсолютно автономным.

Ошибается тот, кто считает, что он является танцевальной иллюстрацией к работам Шагала. Шагаловская реальность действительно присутствует  в кружении некоторых танцевальных планов на земле и в воздухе, но спектакль не является калькой картин мастера из Витебска, их перевода в движение. "Акробаты..." - это отдаленные реминисценции многочисленных шагаловских работ на тему цирка, который является метафорой необычности жизни, желания подняться над серостью земли и будней.

Спектакль "Акробаты, цветы и луна между ними" был поставлен Люблинским театром танца, а придуман и облечен в форму хореографом Ханной Стржемецкой специально для XII Международных Шагаловских дней в Витебске, которые проходили в июле 2002 года и были посвящены 115-летию со дня рождения Шагала. Премьера в Польше состоялась в Люблине в ноябре 2002 года на VI Международных Люблинских встречах театров танца. С этого времени спектакль неизменно улучшается. Его составляющие - движение, музыка и сценография - сплетаются в одно целое, с успехом приковывая к себе внимание зрителя. Актеры танцуют свободно и рефлексивно, ритм их танца превращает героев в одиноких путников или объединяет в пары и группы. Роли меняются: из символических декораций, из-за ажурных кругов и муслинов с изображениями домов появляются циркачи, люди окраины, молодые пары - чтобы путешествовать между луной и цветами.

Следует отметить, что "Акробаты..." - не первый спектакль Люблинского театра танца, инспирированный литературой. Очень удачным является также спектакль "К доброй тишине", посвященный творчеству и личности Бруно Шульца.

 

Гжегож Йозефчук.

Gazeta Wyborcza. 2003. 15 wrze?nia.

Перевод с польского Людмилы Хмельницкой.

 

 

Люблинский театр танца показал спектакль "Акробаты, цветы и луна между ними". Представление было встречено бурными аплодисментами. Потому что хорошее. Только не слишком новаторское. Это не ищущий театр, это театр, нашедший себя. Очень богатый в сравнении с другими - декорации, костюмы, реквизит как в "настоящем" театре. Хореограф - Ханна Стржемецка, вдохновленная живописью Шагала и ярмарочным фольклором, призвала к жизни очаровательных персонажей - фигурки с позитивов или карусели. Под покровом ночи, в свете луны фигурки на мгновение оживают. Освобождаются и разминают кости, когда их никто не видит. (А может быть, делают это на глазах детей? Или в их снах?) И танцуют. Так, как получится. Пытаются вспомнить добрые старые времена. У них костлявые руки, как у деревянных кукол. Движения будто бы и ловкие, но исковерканные - отрывистые, угловатые, много прямых углов. Такие же и акробаты, которые, похоже, спрыгнули со старых гравюр, чтобы еще раз построить из своих тел захватывающую пирамиду. Имеется и деревенский дурень, который временами садится и застывает будто какой-нибудь задумавшийся святой. Он играет также с таинственной мельницей, детской игрушкой, маленькой каруселью - мельницей дьявола. Этот деревянный реквизит знаменует начало и конец представления. В декорациях - шагаловские мотивы: на длинном полотне нарисован фантастический город. Только не цветной, а весь какой-то вылинявший, пожелтевший. Старый. Позади - венок их пышных цветов, в котором через минуту появится некая мадонна. Живописные картинки, необходимая динамика. Действительно хорошо сделанное представление. Для каждого.

 

... festywal cialo_umysl 2003 // Dialog. 2003. Wrzesien.

Перевод с польского Людмилы Хмельницкой.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
На главную
Сайт обновлен в 2008г. за счёт средств гранта Европейского Союза





© 2003-2008 Marc Chagall Museum
based on design by Alena Demicheva