Музей Марка Шагала
Беларускi english deutsch francais русский

Давид Симанович. Марк Шагал и Шагаловские дни в зеркале прессы 1987-1997 годов (из дневниковых записей)



Давид Симанович. Марк Шагал и Шагаловские дни в зеркале прессы 1987-1997 годов (из дневниковых записей)

 

30 ноября 1991. В «Неделе» - фотография «Лица десятилетия». Их - 7. И первый - Марк Шагал. Это десятилетие конца XX века я назвал бы ШАГАЛОВСКИМ, нисколько не умаляя многих имен, о которых говорили и писали, возвращая их из забвения.

 

Колесо истории вращается.

И, хоть очень дорога цена,

городам и людям возвращаются

добрые - навечно! - имена.

 

Борьба «за» и «против» Шагала на его родине в Беларуси, в Витебске разгорелась именно в эти годы. Но уже и тогда, в самом начале, для меня и для всех, кто был рядом в этой трудной дороге, стало ясно, что есть три цели, три задачи: возвращение имени Шагала родному городу, увековечение его памяти, создание музея.

Мы спорили, расходились по вопросам, как это делать, но все были едины в одном: борьбе до победы в осуществлении этих целей. Сегодня все они достигнуты. Так ли, как нам мечталось? Вряд ли... На это нужны годы и годы. Но главное сделано - имя возвращено, память увековечена, музей открыт.

Как отражалось все это в зеркале прессы? Тут я бы разделил десятилетие на две части: І-я - 1987-1990 гг. и ІІ-я - 1991-1997 гг. В первой пресса писала только о Шагале, во второй - о Шагале и Шагаловских днях. Публикаций больших и малых - множество. Только в последние годы появились «Шагаловский сборник», у которого три десятка авторов, «Васильковые годы Марка Шагала» А.Подлипского, публикации в журнале «Мишпоха», а еще перед этим - «Марк Шагал. Основные даты жизни и творчества» А.Подлипского, «Родом из Витебска. Библиографический указатель» Д.Гениной и М.Рывкина, «Юдель (Юрий) Пэн. Художник и педагог» М.Рывкина и А.Шульмана (называю только витебских авторов).

Я остановлюсь лишь на малой части того, что появилось в газетах и журналах за эти годы, и сделаю это только по моим дневниковым записям.

 

20 ноября 1987. И вот, наконец, в год 100-летия М.З.Шагала на его родине в витебской областной газете после долгого молчания появилась статья о художнике. Правда, перепечатана она в переводе на белорусский язык из республиканского журнала «Политический собеседник» (№5, 1987). Но все же юбилей «отмечен» и кое-кому кажется, что поставлены точки над «і». Но это только кажется. А на самом деле возникают вопросы, на которые нет ответов, и люди ищут их.

Почему перепечатана именно эта статья? Ведь в связи с юбилейной датой и выставкой в Москве о художнике писала вся центральная пресса. Почему же было не перепечатать в Витебске хотя бы одну статью из «Советской культуры» или «Литературной газеты», «Комсомольской правды» или «Недели», «Огонька» или «Нового мира», «Сельской молодежи» или «Нового времени», в конце концов, из «Известий» или «Правды»? Действительно, почему? Понятно, газета сама тут, очевидно, ни при чем, снова, как в давние времена, ей дана команда, которую надо выполнять...

Но возвращаюсь к первоисточнику - журналу «Политический собеседник», который в первом же своем номере напечатал статью В.Бегуна «Украденный фонарь гласности», выплеснув на художника полные ушаты грязи...

На этот раз под статьей четыре подписи: философ В.Бовш, театровед В.Нефед, историк А.Малашко, художник М.Савицкий. И все они поднялись, чтобы очернить Шагала, бросить тень на его жизнь и творчество. А ради этого привлечены книги, газеты, журналы. Идет наступление... Палят усовершенствованные цитатометы, на голову художника обрушиваются громы и молнии.

Первым в поддержку себе авторы пытаются привлечь А.В.Луначарского. Еще до революции, в газете «Киевская мысль» он опубликовал серию статей о русских художниках под общим названием «Молодая Россия в Париже». И среди них - о Шагале. Это было в 1914 году и никак не может претендовать на оценку всего творчества. Луначарский пишет о раннем Шагале, которому 26 лет.

Авторы статьи выхватывают у Луначарского то, что им кажется негативным, обрывают цитаты, соединяют в одно выхваченное из разных мест и, конечно, опускают все позитивное, то, что им невыгодно.

Итак, что же не захотели цитировать из Луначарского авторы?

«Из русских отмечу еще Шагала, полуинфантилиста, деформатора-фантаста, не лишенного силы воображения и известной острой оригинальности» (1).

«Любовь к орнаментальной красоте, любовь к сказке чувствуется порою в какой-нибудь ветке, одетой цветами или фруктами, и больше всего просто в красках».

«Есть, конечно, известная нарочитость, известное кокетничанье, желание удивить. Если бы только это - искусство Шагала было бы противным. Но нет. Сквозь инфантилизм, нелепости упрощенного и в то же время неясного, сбивчивого рисунка вдруг остро проглядывает большая наблюдательность, большая выразительность. Это внезапное проявление яркого психологического таланта в детской манере живописи особенно поражает вас, как старческая мудрость в устах младенца». «Он остается все же интересным художником. Прежде всего он интересует как своеобразный поэт. Притом поэт, стремящийся выразить свою незаурядную душу графически, красочно, и своеобразно достигающий этого». «...Все-таки все это глубоко искренно». «Впрочем, если вычесть замечательное знание языка, то я почти все то же мог бы сказать и об Алексее Ремизове. А ведь он - знаменит. Шагал из той же семьи художников. И он очень молод. Может быть, его слава подымется еще выше славы Ремизова?» (2) 

А.В.Луначарский сравнивал Шагала с Э.А.Т.Гофманом и А.Ремизовым. И если о первом я знаю, читал его книги и понимаю, что такое сравнение - комплимент молодому художнику, то о Ремизове, к сожалению, мои знания в силу ряда причин более скудны. А ведь именно его отличало «перенесение поэтической метафоричности на прозу, поиски новых синтаксических и лексических возможностей литературного языка - все это оказало влияние на «орнаментальную» прозу 20-х годов - на творчество Е.Замятина, писателей из содружества «Серапионовы братья» К.Федина и М.Зощенко, на молодого Л.Леонова, Б.Пильняка и других и не потеряло своего значения и поныне».

«Нежность Ремизова к русской земле, - писал К.Федин, - сочетала в себе страсть и женственность... Казалось, выросши из подспудных корневищ родины, он сам стал корнем и ушел в землю так, что его не выкорчует никакая сила» (3).

Вот с кем сравнивал Луначарский Шагала; вот с кем, с чьим творчеством проводил аналогии - метафоричность, орнаментальность; вот выше чьей славы, которая была высока в те годы, пророчил в будущем славу Шагала...

Авторы ссылаются на так называемый акт проверки работы художественно-практического института в 1923 году и все грехи тут же сваливают, естественно, на Шагала. Недостатки (и, притом, крупные) действительно были. Но вот, в какой степени они имеют отношение к Шагалу?

В статье сказано: «Как известно, в 1922 году витебская губернская рабоче-крестьянская инспекция проверила художественно-практический институт, который возглавлял М.Шагал, и обнаружила в нем самые настоящие приписки».

Ко времени проверки Шагала давно уже не было в городе. Об этом свидетельствует документ архива от 29 июня 1920 года: «Зав.секцией изо подотдела искусств художник Шагал  за переездом в Москву освобождается от занимаемой должности». Итак, ни в 1923, ни в 1922, ни в 1921, ни во второй половине 1920 года Шагал никак не мог руководить институтом.

А вот что говорится в самом акте проверки: «Ревизионным обследованием не могло быть установлено до 15-го авг[уста] [19]21 г. кто именно были руководителями института за время его существования за отсутствием сведений и приемосдаточных ведомостей. Со слов ректора Гавриса, руководителями института были с 1921 г. по 15 августа [19]22 г. художник Шагал и Ермолаева, а до этого времени сведений нет, с 15 августа [19]22 г. - Гаврис» (4).

Итак, документ проверки, все, что в нем сказано, авторы статьи адресовали Шагалу, хотя даже в самом документе говорится об отсутствии сведений и приводится ссылка «со слов ректора Гавриса», а в словах этих все перепутано, и ни о какой точности речи быть не может, потому что факты говорят о другом.

Странно выглядит в статье упрек, брошенный художнику в связи с его отъездом из Парижа в США. Спасаясь от фашизма, в те годы уезжали за океан многие деятели науки, литературы, искусства. И кто может их в этом упрекать? Авторы считают, видно, что Шагалу надо было остаться и быть казненным во Франции. Или (с их помощью!) перебраться в партизанские леса Витебщины. Но каждый делал в те дни то, что мог. Мы знаем, что Шагал и в Нью-Йорке помнил о родине, о Витебске, оккупированном врагом (5), что в фонд советско-американской дружбы отдавал картины, что прекрасно понимал роль Советской страны «в этой отчаянной, навязанной войне, поднявшей нашу родину на невероятную высоту и спасшую мир» (6).

Совершенно непонятно, почему надо противопоставлять И.Бунина, С.Рахманинова и Ф.Шаляпина - Шагалу. На основании чего? Неужели национального признака? Ведь в отличие от многих других художник всегда говорил и писал о нашей родине с любовью.

Здесь нет необходимости приводить многочисленные высказывания о родине и любви к ней Шагала. Письмо И.Эренбургу заканчивается так: «Позвольте мне одновременно с этим приветом Вам - передать через Вас мой сердечный привет родине с моей любовью к ней и всегдашней преданностью». Говоря о Витебске, художник всегда помнит «родную землю, которой я оставался верен в течение всей моей дальнейшей жизни» (7). И эту верность, преданность, любовь авторы статьи пытаются опорочить обыкновенными наветами и инсинуациями. Авторы статьи пытаются воздействовать на читателя специально подобранными негативными высказываниями о Шагале. Конечно, за много лет его жизни и творчества говорили о нем, как и о других больших талантах, разное и часто так, что одно исключало другое. Что ж, это естественно.

Вот приводится мнение Н.Рериха, высказанное в частном письме, где он противопоставляет реализм искусству «Шагалов» и «пикассизму» (8). Так считает Н.Рерих. И, очевидно, тут нечего ломать копья. Мы уважительно к нему относимся, но это вовсе не значит, что его высказывание бесспорно, тем более, что сегодня наше отношение ко многим «измам» совсем иное (в том числе и к Пикассо, автору «Герники»). Можно привести разноречивые, противоположные точки зрения больших художников на одни и те же явления искусства. Вспоминаю, как несколько десятилетий назад мы, наконец, признали художников-импрессионистов и их наследие, которое до того поносили все, кому не лень.

Близкий товарищ Н.Рериха по обществу «Мир искусства» А.Бенуа называл Шагала и Пикассо «богами нашего времени» (9). А вот его высказывания в книге «Александр Бенуа размышляет»: «В искусстве Шагала заложены и какие-то тайные чары, какое-то волшебство...» «Шагал... художник с оголенными нервами, это инструмент, звучащий не только от прикосновения, но и от малейшего дуновения» (10).

Это лишний раз подчеркивает, что совершенно разные точки зрения могут быть у довольно близких по взглядам на искусство людей, а ведь Н.Рерих считал А.Бенуа «неповторимым мастером... редким знатоком искусства» (11). И вот в отличие от Рериха Бенуа пишет: «Шагал - художник подлинный, и то, что он со всей искренностью еще скажет, будет всегда значительно и интересно».

Стремление авторов нагнетать негативное видно и в таком месте статьи: «Наконец приведем еще одно мнение, высказанное на самом высоком уровне». И что же оказывается? А вот что. Правительство Ливана «запретило...  показ картин Шагала». Но в конце концов это - дело правительства Ливана, которое поступило так по вполне понятным причинам. Но с каких же пор это стало «самым высоким уровнем»?

Конечно, в авторской группе нет искусствоведа, потому весь разговор сводится к выяснению политического лица художника. Как это делается, мы уже увидели. Но в статье нет даже попытки объяснить читателю-зрителю манеру художника, его художественные особенности и одну из главных ее составляющих - метафоричность.

В письме в «Советскую культуру» С.Алексиевич, В.Быкова и других писателей совершенно справедливо говорится об авторе статьи «Украденный фонарь гласности» В.Бегуне («Политический собеседник», №1, 1987 г.), что он «не знает, что такое метафора в живописи, не понимает и не принимает поэтической условности, сопряжения сказки с реальным миром. Но если он всего этого не понимает, то как же он берется судить об одном из самых сложных живописцев нашего столетия?» «Автор уничижительно, издевательски отзывается о творчестве художника Марка Шагала. Разумеется, Бегун имеет право на свое мнение о творчестве и о Шагале. Быть может, он обожает цветную фотографию и ему претит «странный» Шагал» (12).

Эти слова можно отнести и к группе авторов, которым тоже, очевидно, претит Шагал и которые, судя по их рассуждениям, тоже не понимают и не хотят понять особенностей этого художника.

Ирина Антонова, директор Государственного музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина, пишет: «Шагал - мастер изобразительной метафоры. В этом ключ разгадки его поэтики. Однако в его искусстве нет ребусов, аллюзий, аллегорий. Оно наполнено подлинно поэтическими символами, требует от зрителей не умозрительных интеллектуальных упражнений, а взволнованной души и сердца» (13).

«Эта страна невесомости, - говорит о творчестве Шагала Луи Арагон, - где человек ничем не отличается от птицы..., где любая вещь превращается в цирковое действо и где очень удобно ходить на голове, не нуждается в объяснении... В творчестве Шагала своя диалектика, единственным примером которой я признаю «Сон в летнюю ночь» Шекспира» (14).

Центральные газеты и журналы отметили юбилей Шагала, подробно рассказали и о его выставке, открывшейся в Москве 2 сентября 1987 года. Заканчивается этот юбилейный для художника год, год его трудного возвращения на родину. Кое-кто хотел бы этому возвращению помешать, перекрыть дорогу художнику и его картинам. И, очевидно, две статьи в белорусском журнале «Политический собеседник» именно это подтверждают.

21ноября. В очередном (45-м) «Огоньке» министр культуры Захаров говорит о том, что журнал слишком много внимания уделяет Шагалу, а есть еще и другие художники. Забыл господин министр, что это год 100-летия Шагала, открылась выставка, да и молчали о художнике столько лет...

В «Литературной России» - почти полоса стихов Шагала  в переводе Льва Беринского с идиша.

23 ноября. На прошлой неделе в мединституте выступал В.Григорьев. По рассказам, отвечая на вопрос о Шагале, он сказал, что в этом деле «позиция Симановича непоследовательна» (?)... Это моя-то позиция, оказывается, непоследовательна.

30 ноября. Книготорг получил 3000 Шагалов - альбомов-проспектов выставки в Москве. Накупил и дарю.

11 декабря. По телефону с Василием Быковым. Он: о том, что с Шагалом будет все так, как уже не раз бывало - отрицание и ненависть сменятся примирением и смягчением, после чего наступит просто эйфория, когда все будут кричать: «Ах, какой художник», «Как это мы раньше не замечали»... Рассказал ему об отношении к Шагалу в Витебске, о том, что ничего не изменилось.

14 декабря. Уже стал постоянно повторять, что если даже захочу забыть хоть на день о Шагале - не дадут. В программе «Время» - репортаж о гастролях в Москве еврейского театра из Биробиджана. И о том, что начинается подготовка нового спектакля о Шагале.

В «Иностранной литературе» - шагаловская обложка и статья.

19 декабря. Утром повторение французского фильма на миллионах экранов «Марк Шагал - художник и поэт». И снова встреча с ним, живым, мыслящим, утверждающим, что «есть только любовь»...

22 декабря. По телевидению Андрей Вознесенский - «Мысли вслух». Много о Шагале. И кинокадры празднования годовщины Октября в Витебске. Их мы передали по его просьбе на Центральное телевидение. Андрей говорил, что в Витебске нет даже мемориальной доски, что на столе у него стоят витебские васильки, вспомнил работу Саши Гвоздикова.

23 декабря. С Вознесенским по телефону. Он: о том, что в Беларуси не отметили юбилей...

Долго рассматривал журнал «Театр» №12 - статья о театральном Шагале и 17 репродукций.

31 декабря. «Музыкальная жизнь» - о Шагале. Разворот, на котором репродукции (музыкальный Шагал) и две небольшие статьи Ирины Антоновой и Зои Богуславской. Позвонил в Переделкино, поздравил Зою, она еще не видела. Андрей уехал в Москву за елкой...

2 января 1988. Печатаю строки разных дней - «Дневник Шагаловского года». Когда-нибудь придет время - может, удастся издать... (Удалось через 8 лет - Д.С.).

В Минске выступал В.Бовш. По рассказам, он подчеркивал, что к Шагалу ничего не имеет, только почему сначала музей надо открывать ему, а не Репину... (Сейчас, когда делаю перепечатку из дневников, сказали мне, что все старания присвоить имя Шагала художественной школе - а горисполком уже ходатайствовал - в облисполкоме закончились вопросом: «А почему имени Шагала, а не Репина?» Господи, как все повторяется...- Д.С.)

Перечитывал Юрия Трифонова. Рассказ «Посещение Марка Шагала»: «Летающие любовники Марка Шагала - это мы все, кто плавает в синем небе судьбы»... Герой Трифонова художник говорит: «Я им скажу все, что думаю о Марке: о его синем цвете, о неподражаемой фантазии. Ведь эта фантазия не имеет себе равных».

И еще у Трифонова из монолога Шагала: «Неужели вы были в Витебске? Нет, в самом деле вы были в Витебске? Вы ошибаетесь, эта улица рядом с кладбищем. Слава богу, я помню. Можете меня не учить про Витебск...»

3 января. Появилась «Юность» с фрагментами из «Моей жизни» Шагала, репродукции, вступление В.Розова. И фото - Марк и Белла.

Звоню в Переделкино. Зоя: нашла какие-то ошибки в статье о Шагале и переживает, что не вычитывала корректуру.

Андрей: Я тебе вышлю «Ров» и «10, 9, 8, 7»... жаль, не с кем переслать (никто там из Витебска не едет? Зашли бы и взяли для тебя.) и вообще, можно ли почте доверять...

Я: Но вот же только что я получил из редакции «Советиш геймланд» «Букварь» на идише...

Андрей: Ну так это же на идише, никто не понимает, а тут обертку разорвут и увидят - Вознесенский (смеется) и Шагал. «Это точно надо забрать себе», - решит почтовый работник. И заберет... А что это у вас опять, говорят, было в газете «Звязда» Бовша или Бегуна злое о Шагале?..

Я: Как будто ничего не было.

Андрей: А о Симонове?

Я: И о Симонове ничего не было.

Андрей: Ты все-таки уточни и позвони, если сможешь, завтра, я буду дома...

7 января. Сегодня в витебских «Новостях» хотели показать проспект-альбом и несколько репродукций. «Не надо! - прозвучало начальственное в ответ. - Нас не поймут!..» Господи, а кто это должен понять или не понять?..

А «Віцебскі рабочы» опубликовал свеженькое интервью З.Азгура. Он говорит, что не принимает творчество Шагала, но понимает, что юридически это имеет право на существование, и все-таки подчеркивает, что Пикассо и Шагал нравятся людям с больным вкусом и воображением...

(Произношу это на чтениях, обращаясь к слушателям: «Поздравляю вас, вы все с больным вкусом и воображением...»)

9 января. Позвонил, как он представился, просто читатель, вы все равно меня не знаете, и сказал, что в книжном «Глобусе» есть томик французского философа Гастона Башляра, он вас должен заинтересовать, есть только один экземпляр... Сбегал, купил - «Новый рационализм», а в нем статья «Введение в Библию Шагала».

«Шагал просветлил мой слух...» «Шагал любит мир, потому что он умеет в него всматриваться, и потому, что он научился показывать его другим...» «Мы всегда встречаем на картинах Марка Шагала баранов и ослов - этих добрых друзей человека...» «Марк Шагал рисует слишком хорошо, чтобы быть пессимистом...» «Вселенная - рисунки Шагала доказывают нам это - несмотря на все невзгоды, полна счастья и предопределена к счастью...» (15).

14 января. А.Подлипский сегодня на записи телепередачи сказал мне, что отправил в Ленинград сестре Шагала Марии Захаровне фотографии дома на Покровской, она хочет их подписать и заверить своей подписью, подтверждая, что это именно тот дом...

16 января. В книге воспоминаний П.Абрасимова «На дипломатическом посту» страничка о встрече с Шагалом. Автор-дипломат был когда-то директором клуба фабрики «Знамя индустриализации». Он вспоминает, как оживился художник, услыхав имя своего витебского учителя Пэна, который очень любил ученика и говорил о нем: «Шагал талантливый, очень даже талантливый. Я ведь учил его реализму, и я верю в него, до сегодняшнего дня верю - он так одарен от природы...»

В книжном магазине «Крыніца» наткнулся на сборник П.Кошеля «Такой, как есть». Вспомнил, что в альманахе «Поэзия» было его стихотворение, в котором упоминается Шагал. Полистал книжку и нашел - теперь уже в двух стихотворениях у него Шагал. То, которое читал уже давно, начинается так:

 

Мне нравятся Тропинин и Федотов,

их точная спокойная работа

и на холстах славянские глаза,

которые не полюбить нельзя.

Все эти люди нам родня по крови...

А дальше:

И уж, конечно не рука Шагала

такими нас когда-то воспитала...

 

Зачем же так, Петр? К чему эти противопоставления? А моя родня, например, все они - Тропинин, Федотов, Шагал и еще многие-многие другие, независимо от глаз, губ, носов. Есть только одна у меня зависимость: от таланта, от того, что несет художник миру (и мне!).

Перелистывал книжку дальше и вот, пожалуйста, читаю такие строки:

 

Я с Дали подымал паруса,

я с Кандинским лучинушку пел,

я Шагалу в пустые глаза

под осенним Парижем глядел...

 

Вот так: «пустые глаза»... Это у художника, который выплеснул из сердца на свои полотна (но сначала увидел вокруг) ярчайшие краски земли и неба...

Нет, даже не хочется защищать Шагала от Кошеля, он, глядишь, еще припечатает тебя страшным словом «шагаловед», как припечатал своих литературных недругов, посмевших писать о великих русских талантах:

 

Начали, глянь-ка, и к ним прилипать

«пушкиноведы» без роду и племени...

 

30 октября 1991. «Народная газета» повторила письмо М.Павлова (оно было уже в газете «Віцебскі рабочы») «Ударим Шагалом по бескультурью» о том, что поторопились улицу Дзержинского переименовать в улицу Шагала, а надо бы вернуть старое название - Покровская. Думаю: так и будет. Но какой комментарий дает газета рупором народного художника Беларуси Л.Щемелева! Он вообще ставит под сомнение увековечение памяти Шагала. «Почему не Дежица, не Ахремчика?» - задает он странный вопрос. Вспоминает почему-то еще и Кандинского (его часто включают как бы по инерции в обойму Шагал - Малевич - Кандинский), память которого, оказывается, в Витебске тоже надо увековечить, хотя он здесь вообще никогда не был... В общем, на одного Шагала Щемелев выставляет большой отряд художников, предлагая думать об их музеях. И еще один вопрос задает Щемелев: зачем строить музей Шагала? Действительно, зачем? И кто собирается это делать? (Интересно, что потом, в 95-м, на I Шагаловском пленэре Щемелев клялся в вечной любви к Шагалу...)

2 ноября. Информация в «Витьбичах», в легкой манере написанная - «Трое уже побывали» - о нашей поездке (вместе со мной были А.Гвоздиков и Л.Оленская) на выставку Шагала в Москву, где я дважды выступал и на пресс-конференции, и на открытии. Газета дает и номер счета музея: «Делайте ваши ставки, господа!..»

«Народное слово» напечатало интервью, которое взял В.Попкович в Германии у Кристофа Витали. И в нем: «Мне кажется, что внимание надо сосредоточить не на показе его произведений, а на биографии и на тех витебских корнях, которые питали творчество Мастера». Браво, Витали, именно так, другого нам не дано...

3 ноября. Первое заседание Шагаловского комитета.

3 января 1992. Открытие фотовыставки М.Шмерлинга. Экспонируются его работы на еврейские темы. Тут же и зал даров будущему музею Шагала. Михаил сказал, что передает свою выставку в дар музею. Хорошо смотрелись и все главные предметы: часы, подсвечники, блюдо, старый фотоаппарат. Идея: зал даров сделать постоянной выставкой.

10 января. В «Витебском курьере» злая реплика, удар по выставке М.Шмерлинга, а главная цель - выставка даров - это «Пыль в глаза» (так и называется реплика), дилетантство, низкий уровень, «будущие хозяева» дома-музея так хотят привлечь горожан и т.д. Какой завистник и какая завистница это писали?..

17 января. Заседание Шагаловского комитета в кабинете мэра с продолжением на выставке даров. А потом еще в мастерской А.Гвоздикова. Обсудили примерный план будущих Шагаловских дней, который я предложил. Саша показал свои работы: памятный шагаловский знак и надгробие на могилу Пэна.

25 января. «Витебский курьер»: еще одна реплика «А может не надо?» Снова оскорбительные слова в адрес даров и их дарителей-художников: «Музею Шагала так нужны картины витебских художников, как моя нотная тетрадка музею П.Чайковского». (Интересно отметить, что «ВК» стал впоследствии одним из самых лучших пропагандистов всего, что связано с именем Марка Шагала - Д.С.).

31 января. «Витьбичи». «От чистого сердца» - о выставке даров, о дарах и дарителях, все прямо противоположное тому, что дал «Витебский курьер».

5 февраля. В Минске в редакции поэзии издательства «Мастацкая літаратура» - сигнальный экземпляр «Дня поэзии - 91». В нем мое «И сказал Шагал...»

14 марта. «Народное слово» - полоса, которую я подготовил, «Волшебный Витебск Шагала» («Чароўны Віцебск Шагала»): выступления на I-х Шагаловских днях В.Быкова, Р.Бородулина и мое.

20 марта. Вел заседание Совета Музея (никем не утвержденного): А.Подлипский, А.Гвоздиков, М.Рывкин. О Шагаловских днях, о спонсорах, о надписях. Я предложил на пьедестал памятника вынести слова из моего перевода шагаловского стихотворения: «Мой Витебск! Я был и остался верным тебе навеки»...

Читал журнал «Слово» (№10, 1990 г.). Воспоминания Александра Бахраха «Бунин в халате»:

- Ночью мне Шагал снился, большой такой, с ровной, гладко подстриженной бородой, точно пушистое колье вокруг лица.

- Иван Алексеевич, да ведь Шагал бритый...

- Вот вы всегда ко мне придираетесь. Я уверен, что это был Шагал. Я даже успел заметить, как за его спиной плавали его разорванные, зеленые евреи. А потом подошли какие-то немецкие офицеры, настолько страшно стало, что я проснулся...

...Кажется, Сашин Шагал - это то, что надо.

18-20 мая 1994. Международный конгресс, который проводит Белорусский Пен-клуб. Минск-«Ислочь». Мой доклад «Витебск, Марк Шагал и тоталитарная система». Сделал его по дневниковым записям. Зал хорошо реагировал: возмущался, смеялся, сочувствовал - в общем, был вместе со мной. Очевидно, через несколько месяцев выйдет оперативно сборник, в котором будет и мой доклад.

(Так и было: в том же году мне прислали сборник).

4 мая 1995. Все жалуюсь сам себе о том, что мало в прессе о важных культурных событиях в Витебске. И вот на тебе: сегодня в «Известиях» большой репортаж с выставки Шагала в Париже. Но какое название придумали: «Марка Шагала чествуют в Париже, но забыли в Витебске»... Вот тебе, дорогой председатель Шагаловского комитета. Они там словно и понятия не имеют, что в Витебске уже четырежды прошли Международные Шагаловские дни и прямо пишут: «Забыли своего блудного сына». Где вы были, мэтры-журналисты, раньше, когда и в самом деле надо было так говорить? Вы молчали.

8 июня. Еще перед фестивалем поэзии провели пресс-конференцию о делах Фонда Сороса, о поддержке культурной жизни. Шел разговор и о создании в Витебске Центра современного искусства, на пути которого встали стеной в столице, встали те, кто хотел бы все перетащить в Минск. Об этом сегодня в «Витьбичах» в репортаже с нашей пресс-конференции: «За всем этим стоят причины, ничего общего не имеющие с проблемами культуры. Дело скорее в «околокультурной возне», в желании минских чиновников изменить ход исторических событий и историческую справедливость в свою пользу. Такие явления международного порядка, как пленэры Шагала и Малевича, им очень хочется проводить в административной столице - Минске, а никак не в постоянно «снимающем сливки» Витебске, по праву считающемся столицей культуры. Такая же тенденция «канатоперетягивания» складывается и вокруг пленэра Малевича, центра современного искусства... Хочется надеяться, что здравый смысл все-таки возьмет верх».

3-6 июля. V Международные Шагаловские дни в Витебске. Шагаловские чтения. Бахтинские чтения. Искусствоведы и ученые из многих стран мира. Выставки. И впервые прошел большой литературный вечер «Здесь осталась его душа», который вели мы с Рыгором Бородулиным. И как же было здорово, когда звучали стихи на разных языках. Бородулин - на белорусском. Я - на русском и даже прочел в оригинале на идише строки Шагала. К.Шерман - на испанском. В.Попкович - на немецком. А потом еще был концерт полоцкого еврейского ансамбля «Блуждающие звезды», о котором накануне, когда я искал транспорт, у меня спросили: «Зачем он нужен? Что, вы не могли найти что-нибудь другое? Шагал же родился на белорусской земле...» А именно этот коллектив и еврейские народные песни придали удивительный колорит всему вечеру.

6 июля. Сегодня в «Известиях» информация «В Витебске вспомнили о Шагале»: «Пятые Международные Шагаловские чтения проходят в Витебске - на родине всемирно известного художника, лауреата Нобелевской премии...» Ладно, пусть уж не Дни, а только чтения, но - о Господи! - «лауреат Нобелевской премии», которым ни он, ни другие великие художники-современники никогда не были... А дальше: «В отличие от прежних лет забвения ныне Марку Захаровичу Шагалу воздаются здесь всевозможные почести: возвращены 152 его работы...»

О мой Витебск, как ты вдруг разбогател! Не было ни гроша, да вдруг алтын. Да какой там - это же столько миллионов долларов - 152 работы!.. Люди, что вы пишите? Это же читает весь мир! Сколько было звонков! Уж не я ли, не Музей Шагала в Витебске скрываем эти работы от народа?! А в городе - лишь считанные литографии...

11 июля. В «Народном слове» - об итогах Шагаловских дней: «Вошли в историю культурной жизни города». И еще: «Участники Шагаловских дней и Бахтинских чтений подписали письмо Джоржу Соросу с предложением открыть в Витебске Центр современного искусства».

12 июля. Информация в белорусской «Культуре» о Шагаловских днях. Могли бы и полосу дать, а не три строчки. Могли бы и хоть кратко рассказать о знаменитых искусствоведах из разных стран, участниках Шагаловских чтений, об очередном номере журнала «Диалог. Карнавал. Хронотоп». Этот научный журнал уже несколько лет выпускает Николай Паньков.

21 июля. А вот и «ЛіМ» дал «Шагалаўскія дні ў Віцебску». И даже фото, на котором я веду чтения. И все бы хорошо, но... «Галоўнай падзеяй свята, - читаю в информации, - стала адкрыццё мемарыяльнай дошкі, прысвечанай М.Шагалу, у дзень яго нараджэння». Ни в день его рождения, ни в другие дни мемориальная доска не была открыта. А у людей сразу вопрос: «Мы прочитали, где доска?» (Она открылась лишь через год - Д.С.)

11 августа. На белорусском телевидении так и не было ни одной передачи о V Международных Шагаловских днях. Но вот сегодня читаю в программе БТ: «Неизвестное о Шагале. Телеочерк». Интересно, о чем бы это?

В дикторском тексте высказано сожаление о том, что не будет в этом году Шагаловского пленэра, а о том, что прошли Дни - ни звука.

А в самой передаче, конечно, ничего неизвестного о Шагале не было. Автор (Вера Савина) - о встрече с дочкой великого художника, показала несколько снимков интерьера ее квартиры. А затем стала давать рекомендации витеблянам: надо связаться с Идой, может она что-нибудь подарит Витебску, хоть это и сложно будет оформить. И невдомек автору-советчику, что связаться с нею сейчас никак невозможно, потому что Ида Марковна год назад умерла...

Сколько же неточностей, легенд и мифов о Шагале гуляет в информационном пространстве. И каждый почему-то не знает или прикидывается, что не знает, как обстоят дела в Витебске, что уже давно сделано, и готов объявить себя по меньшей мере первооткрывателем, как наше министерство культуры, которое все время объявляет, что вернуло Шагала. Ну а пресса готова помочь, обладая великой силой. Так было и в прошлом году, когда минские чиновники пытались приписать себе все заслуги, так чуть не произошло и этим летом, когда кому-то захотелось параллельно с V Международными чтениями в Витебске провести международную конференцию в Минске. А почему же не вместе, почему не общими силами? Кому-то не выгодно? Но выгодно самой культуре!..

25 августа. Вышел первый номер газеты «Витебские ведомости» на 16 страницах. Целый разворот - о Шагаловских днях в разные годы в фотографиях летописца витебской культурной жизни Михаила Шмерлинга.

30 июня 1996. В этот день в израильской  газете «Камертон» (приложение к «Новостям недели»), которую мне прислал Абрам Чубинский, собиратель всего, что печатается о Шагале, напечатана статья некоего Аркадия Финкеля «Пером и кистью». Читаю: что-то уж очень знакомое. Вспомнил: это почти дословно списано со статьи Светланы Кузнецовой в журнале «Работница» (№2, 1992 г.). Только название другое и кое-где слова заменены. А статья называлась моей строкой «Как в золе уголек» («Прошумело ливней немало, но как будто в золе уголек, в старом Витебске уголок - одинокий домик Шагала») И все, что я тогда рассказывал С.Кузнецовой, теперь из ее статьи перекочевало в другую за другой подписью. Чистейший плагиат...

7 апреля 1997. Я - в Израиле, у моей дочери Лены в Иокнаме. Меня атакуют звонками: правда ли то, о чем пишут газеты? «Неужели такое может быть?» - спрашивает по телефону Абрам Чубинский. Оказывается, в эти дни печатается странное сообщение. Сегодня израильская газета «Вести» сенсационно сообщает: «Дом Шагала может переехать». «Трехэтажный деревянный дом, в котором жил когда-то Марк Шагал, может переехать из Витебска в Иерусалим». Из газеты «Время» (25 марта): «Предстоит решить довольно сложную инженерную задачу. Дом Шагала сначала необходимо аккуратно разобрать, транспортировать на грузовое судно, морем доставить в Хайфу, а затем переправить в Иерусалим и превратить в музей. Реакция витебских властей неизвестна. Пока они обдумывают сделанное предложение». Всем, кто у меня об этом спрашивает, отвечаю кратко и зло: «Чушь!» Но эта «газетная утка» гуляет по страницам газет Израиля, Германии, Англии...

11 апреля. В Израиле. Читаю сегодняшние «Новости» (приложение «Еврейский камертон»). Большая публикация «Витебск приглашает». О II Шагаловском пленэре: «В рамках пленэра... пройдут... открытие Дома-музея по ул.Покровской в Витебске... научная конференция (VII Международные Шагаловские чтения)» Вот как: все в рамках пленэра, а не наоборот: пленэр в рамках Шагаловских дней...

А дальше еще: «Предтечей Международного Шагаловского пленэра стали Шагаловские дни». «Прорывом в деле возвращения на родину наследия Мастера стал Первый международный Шагаловский пленэр»...

Не с кем поделиться моим возмущением.

Здесь все поставлено с ног на голову. Да и в наших газетах часто в отражении Шагаловских событий - разнобой и неразбериха. И журналисты все путают. А надо договориться раз и навсегда о том, что в Витебске проходят Международные Шагаловские дни с 1991 года, что они включают Шагаловские чтения, выставки, пленэры и т.д.

24 июня. «Советская Белоруссия»: «Марк Шагал возвращается в Витебск».

«Звязда»: «Мастакі з усяго свету вяртаюць Віцебску Марка Шагала». Люди, побойтесь Бога! Что вы пишите? Имя Шагала уже давно возвращено. И вовсе не художниками мира...

20 апреля 1998. Абрам Чубинский прислал газету - приложение «Окна». Две полосы под названием «Домик в стиле «ко-ко-ко». Что за стиль? Журналист Ян Топоровский рассказывает, что Чубинский прислал мой доклад и мой «Дневник Шагаловского года»: «В нем Симанович подробно и скрупулезно описывает свою борьбу за право возвращения еврейского художника (пусть и посмертно) в свой родной Витебск». Говоря о том, что эпицентром борьбы стал домик Шагала, журналист приводит мои стихи и фрагменты из «Дневника Шагаловского года», но приглашает для интервью посла Беларуси Геннадия Лавицкого. И тот рассказывает, как он защитил дом от сноса еще в конце 70-х, как писал рапорт об этом, как - главное - он первый (никто не знал) вообще нашел этот дом... Не хочется даже все это и комментировать (газета за 2 апреля). А что написать Чубинскому? И он, и журналист приняли все на веру, и даже газета благодарит посла: «От редакции: в 1976 году рапорт господина Геннадия Лавицкого уберег домик Марка Шагала от уничтожения. Узнав об этом с опозданием в 22 года, мы выражаем ему свою признательность». И редакция обращается к послу с просьбой помочь выяснить обстоятельства гибели Пэна...

Витебское культурное пространство все больше расширяет свои границы: фестиваль искусств «Славянский базар», музыкальный фестиваль имени Ивана Соллертинского, праздник авторской песни «Витебский листопад», фестиваль современной хореографии, «Витебская снежинка», праздники, посвященные фольклору, отцу белорусского театра Игнату Буйницкому, этнографу Николаю Никифоровскому, народным песнярам Янке Купале, Якубу Коласу и Петрусю Бровке, готовится международный театральный фестиваль, а вслед за ним снова пройдет праздник Владимира Короткевича, посвященный его 65-летию, с вечерами и научной конференцией в Витебске и Орше, и, естественно, в будущем году будет продолжаться все, что так или иначе связано с именем Марка Шагала, Казимира Малевича, Михаила Бахтина, Язэпа Дроздовича.

И это культурное пространство - великое поле деятельности для прессы. Будь моя воля, я бы все газеты (а их в городе уже с десяток), все программы телевидения и радио начинал с культуры и заканчивал ею как самой приоритетной областью нашей жизни. И, может, тогда-то мы бы по-настоящему почувствовали власть культуры и власть прессы.

Продолжаются Шагаловские дни и Шагаловские чтения в Витебске, на которые мы собрались уже в восьмой раз. Продолжается и их отражение в зеркале прессы. Хочется, чтобы это зеркало больше не было кривым.

 

1. Луначарский А.В. Об искусстве. М., 1982. Т.1. С.257.

2. Луначарский А.В. Об искусстве. М., 1982. Т.2. С.33-34.

3. Михайлов О. Альманах библиофила. ХХII. М., 1987. С.214.

4. ГАВО, ф. 246, оп.1, д. 310, л. 95.

5. Марк Шагал. Моему городу Витебску. Перевод с идиш Д.Симановича // Литературная газета. 1987. 2 сентября.

6. Марк Шагал. Письмо И.Эренбургу из Нью-Йорка. 30 апреля 1945 г. // Встречи с прошлым. Выпуск 5. М., 1984. С.345.

7. Иностранная литература. 1987. № 12. С.236.

8. Рерих Н.К. Избранное. М., 1979. С.23.

9. Бенуа А. Мои воспоминания. Т. 1. М., 1980. С.674.

10. Александр Бенуа размышляет. М., 1968. С.269-273, 439.

11. Беликов П., Килзева В. Рерих. М., 1972. С.48.

12. Советская культура. 1987. 3 октября.

13. Антонова И. Метафоры Марка Шагала. Культура и жизнь. 1987. № 7. С.32.

14. Луи Арагон. Литературная газета. 1987. 24 июня.

15. Башляр Г. Новый рационализм. М., 1987. С.354-367.

 

Шагаловский сборник. Вып. 2. Материалы VI-IX Шагаловских чтений в Витебске (1996-1999). Витебск, 2004. С. 60-69.

 

 
На главную
Сайт обновлен в 2008г. за счёт средств гранта Европейского Союза





© 2003-2008 Marc Chagall Museum
based on design by Alena Demicheva